Подражать столичной светской публике, носить одежду «брендом наружу», требовать у своего косметолога скулы «как у Джоли», читать весь издающийся глянец (в редакцию, например, каждый месяц приносили увесистую стопку), начинать тусовку с ресторана и клуба, а заканчивать афтепати поутру – вспомнили о приметах разудалых нулевых и десятых специально к 18-летию «Стольника». Вместе с нами оглянулись назад наши друзья, заставшие эпоху «беспощадного люкса».

Фото: максим чернятьев («Стольник», октябрь 2015 г.)


фото: Илья Карнаухов   Образ: 21Studio

Мария Екимова, владелица салона красоты RED

Давняя подруга редакции Мария Екимова эпатировала публику смелой обложкой, вышедшей в октябре 2015-го. Шли годы, Маша развивала свой бизнес, честно делясь как победами, так и провалами, записывала обзоры и видео о том, как рисуются ее потрясающе воздушные макияжи и те самые красные губы, активно росла как блогер, предприниматель, трендсеттер. К 2025-му пришла в статусе основателя сильного бренда RED, создателя масштабных показов и мамы двоих детей.




Фото: Владимир Чебалдин («Стольник», декабрь 2007 г.) 


фото: Илья Карнаухов   Макияж и прическа: Оксана Турок, Aijo   Стиль: Лана Климчик

Татьяна Князева, заместитель генерального директора холдинга «Дина»

В 2007 году редакцию заинтересовали секреты стиля директора торгового комплекса и модной девушки Татьяны Киселёвой. В проекте «Fashion-обыск» мы исследовали ее гардеробную до самой последней полочки. Сегодня с Татьяной темы обсуждаем больше бизнесовые: нас, как и многих в городе, интересует реализация передового проекта Si Hall, растущего на месте легендарного дома быта «Сибирь». Брокеридж знакового объекта – как раз зона особой заботы нашей героини.




Фото: Темирлан Карин 
(«Стольник», декабрь 2015 – январь 2016 гг.)



фото: Илья Карнаухов   Стиль: Лана Климчик   Образ: HIS STORY

Дмитрий Ефимов, чемпион мира в латиноамериканской программе, актер театра и кино, художественный руководитель театра «Европа»

В новогоднем номере «Стольника», вышедшем почти 10 лет назад, Дмитрий Ефимов появился в строгом костюме Gagliardi. Основатель театра «Европа», являвшегося гордостью города, уже тогда был признанной звездой и... остается ею сегодня. Но масштаб, идейная глубина, уровень мастерства артистов в спектаклях, которых мы ждем как одно из важнейших событий года, растут и растут. Останавливаться Дмитрий, похоже, не собирается, чему мы очень рады!




Фото: Павел Петров («Стольник», сентябрь 2013 г.)


фото: Илья Карнаухов

Роман Берестовский, организатор тюменского марафона «Врата Сибири», тобольского марафона, первого приключенческого триатлона «Побег из тюремного замка», забега «Пять верст», автор проекта «Роман со спортом»

Сегодня от развития торгового дома «Новэра», поставлявшего в город не самые здоровые напитки, Роман Берестовский развернулся к полному ЗОЖу, ПП и велнесу. Создатель громких беговых проектов, он, правда, все так же любит мотоциклы и все так же обаятелен. Всегда рады Роману на страницах «Стольника» – и через десятилетия!




Фото: Темирлан Карин («Стольник», сентябрь 2016 г.)


фото: Илья Карнаухов   Стиль: Наталья Янковская   Образ: 21Studio

Олеся Руссу, совладелица мультибрендового бутика мужской и женской одежды и обуви 21Studio, экопарка «Тайга»

В архивном материале «Давайте знакомиться» 2016 года Олеся Руссу представила юный проект – бутик 21Studio. Сегодня ему уже 11 лет, а в активе героини появился еще один бренд, украшающий Тюмень и известный далеко за пределами города: экопарк «Тайга» и его жемчужина – роскошное SPA «Тайга». Оба детища – эстетика в чистом виде.

«Стольник» пришел в Тюмень из модного Екатеринбурга в июле 2007 года. В то время глянцевые журналы вырастали как грибы после дождя – на каждой богатой «лужайке». Одним из первых был шопинг-гид «Я Покупаю», по-московски строгие стандарты которого надолго стали ориентиром для локальных последователей. С 2008-го главным редактором издания была Светлана Таран.


Фото: Дмитрий Изосимов
(Личный архив героини из 2000-х)

Светлана Таран, руководитель службы по развитию 
клиентского сервиса ГК «ЭНКО»:
«Я успела погрузиться в атмосферу, которую сегодня многие оценивают как торжество «беспощадного гламура» и «махрового люкса». Да, это были неоднозначные времена, но все же это была прекрасная эпоха! Именно в тот период российская модная индустрия стала ощущать себя частью мирового процесса. Вслед за Москвой премиальные бренды пришли в регионы, в том числе появились и в Тюмени. Светская жизнь бурлила: практически ежемесячно в нашем городе открывались новые бутики, рестораны и салоны красоты, что сопровождалось пафосными презентациями. Владельцы этого великолепия были в возрасте, когда есть еще силы тусить, и жаждали признания. Страницы тюменского глянца стали отражением потенциала и амбиций этого яркого сообщества. Те же, кто этот глянец создавал, шли непроторенными дорогами, бесконечно экспериментируя с формой и содержанием. Рекламодатели выстраивались в очередь и были готовы на все, чтобы затмить конкурентов. Конечно, порой мы хватались за голову от многочисленных требований и претензий. Но в этих редакционных битвах рос профессионализм команды журнала. Уверена, что такое взаимодействие не только обогатило непосредственных его участников, но и придало мощный импульс развитию моды как части городской культуры. Можно с ностальгический улыбкой и иронией вспоминать безумные по масштабу «Ночи шопинга» – настоящую гонку по бутикам, сопровождаемую беспечной тратой денег, шампанским и всеобщим весельем. Но не стоит забывать и о том, что люкс – это не только про «дорого-богато». Это также про высокие производственные стандарты, уникальность и индивидуальный подход».

К слову, то, что Светлана мягко называет «бесконечными экспериментами с формой и содержанием», в нашей редакции воплощалось в виде креативных съемок и специальных проектов – подчас сомнительных. Но и в выпусках первых лет можно найти материалы, которыми мы гордимся сегодня. Большое исследование о развитии частной авиации в регионе, коллаборации с благотворительными организациями, интервью с приезжими звездами, подробные фотоотчеты со всех модных событий, томные fashion editorials, которые продюсировала Катерина Шнайдер, ныне – питерский галерист Катя Попова… К пятилетию «Стольника» мы сделали внушительную фотоисторию «50 людей, без которых не было бы нас», и эти 10 разворотов достойны экспозиции. Согласно тренду того времени, тексты были максимально пафосными, и копирайтер, не выезжавший дальше Сиде, старательно гуглил самые престижные курорты, чтобы вставить их названия в статью. Страницы были усыпаны стразами – на телефонах, диванах и даже автомобилях, а все героини – сплошь в мини, высоких сапогах или туфлях на платформе, широких ремнях. Слишком много принтов, слишком яркие тени, слишком тонкие брови. Но столько в этом задора, молодости, игры, азарта и энтузиазма, что вспоминаем не со стыдом, а с ностальгией.



Но, конечно, в сознании большинства людей нулевые связаны с расцветом клубной культуры. клубы были не местом, где просто танцуют, а социальной витриной. И выглядела эта витрина соответствующе: часто клубные интерьеры проектировали как дворцы – с лепниной, хрусталем, мрамором, а еще с вип-комнатами, секретными ложами и казино. Все должно было кричать: «Деньги есть!» Попасть в это царство «золотой молодежи» можно было только через фейсконтроль («Ты стой, а ты проходи»).


Фото: Личный архив героя из 2000-х

Константин Фридрих, клубный промоутер, создатель бренда DISCOTĖQUE (since 2002)

Кто тогда ходил в клубы?
Новая аристократия и модники, дети богатых родителей, владельцы бизнесов, резиденты модельных агентств, локальные звезды теле- и радиоэфиров, редакторы журналов, хореографы, спортсмены, шоумены, тусовщики, которые спускали все деньги на брендовую одежду. В общем, все! Каждый хотел выделиться, продемонстрировать успех и статус. Появилась прослойка тусовочной элиты: не обязательно супербогатые, но знаковые персонажи, которые знали всех и были везде. Если тебя фотографируют Geometria или Nightparty, ты существуешь.

Как они проводили время?
Это был целый ритуал: поужинать в «Кволити», заказать «морики», шампанское Dom Pérignon с клубникой или яблоками – это один слой, люди, которые потом висли в клубных казино и периодически выходили посидеть в ВИП-зонах с девушками на 10–20 лет моложе. Другие собирались в первых DJ-кафе на препати, чтобы познакомиться с кем-нибудь, выпить и устроить трип по клубам. Первые отправлялись сначала в «Ле Бар», потом в «Гранж». Вторые – в «Лас-Вегас» на Ефимова и в «Голливуд». Третьим надо было тусануть в «Ультре», «Евро» или «Пирамиде». Ближе к утру все собирались на афтепати в Cafe 37 и горели там чуть ли не до обеда. Был еще такой прикол – поехать в ЕКБ на выходные. Зайти в заведение в пятницу и выйти оттуда в воскресенье. Стандартные вечеринки длились по 12 часов, с 21:00 до 9:00.

Что слушали? 
Нулевые – эпоха R&B, техно, культ музыки 80-х и коммерческого хауса. Мы играли Bob Sinclar, David Guetta, Benny Benassi, Armand Van Helden. Было много диско: Cher, Gloria Gaynor, Whitney Houston, Boney M, Bee Gees, Michael Jackson. По четвергам делали R&B-вечеринки в «Ультре», где ставили Децла, «Лигалайз», 50 Cent, Ciara, Beyoncé, Jay-Z. На препати – soulfull, lounge и только-только появившийся модный deep house. Иногда все перемешивалось с русским попом «за денежку»: медляки от Киркорова, Дима Билан, Агутин с Варум, Орбакайте, «Винтаж». Это не воспринималось как guilty pleasure. Казалось, что так и должно быть!

Чем удивляли гостей?
Безумие было частью плана. Чем ярче, абсурднее и дороже – тем престижнее: отрезать половину редкого Lincoln и сделать из него DJ booth; запустить скандальное шоу, где ведущий переодевается в женщину и матом ведет программу, унижая гостей; установить в клубе бассейн; устроить рейв в ядерном реакторе… В моду вошли «столовые войны»: у кого что на столе. Дорогой коньяк, золотой кальян или шампанское с фейерверком. За ночь могли заказать 30 бутылок «Кристалла» – просто чтобы показать, что могут.



Рестораны нулевых – особое явление. У людей появились деньги, а следовательно, и большой запрос на впечатления.


Фото: Владимир Чебалдин («Стольник», декабрь 2007 г.)

Лариса Невидайло, ресторатор, основатель Ресторанного холдинга «Максим»:
«Выражением «Хлеба и зрелищ!» как нельзя лучше можно описать заведения 2000-х. Причем часто «зрелища» считались важнее «хлеба», поэтому в меню было все, от винегрета до устриц, без особой концепции. А вот программа вечера отрабатывалась до мелочей. В начале – классическая музыка, затем шоу от собственного варьете. Артисты являлись штатными сотрудниками наравне с поварами и официантами. Большим спросом пользовались ВИП-кабинки: гостям требовалось уединение и ощущение особого статуса. Еда была не просто едой, а способом произвести впечатление: шоу-подача в зале, одновременный вынос блюд, приготовление у стола, экзотические продукты (крокодил, лягушки, черепахи). Очень часто, чтобы впечатлиться (или впечатлить других), гости заказывали что-то особенное по специальному рецепту, не по меню, и мы это готовили. Привозили эксклюзивный алкоголь, делали самые разнообразные винные карты, открывали сигарные комнаты. Шикарные заказы прилетали почти каждый день. Гости могли заехать «просто пообедать» небольшой компанией, а в итоге закрыть счет как на большом банкете. Неудивительно, что чаевые были основным заработком официантов. При зарплате 6 000 рублей один стол мог принести до 15 000 чаевых».



О бьюти-индустрии нулевых и  вовсе ходят легенды. «Татлер», посвященный эпохе «надутых губок», сообщает о буме филлеров – силикона, коллагена и биополимера. Первый часто сбивался в комки, последний вызывал хронический гранулематоз. К счастью, провинцию этот тренд обошел стороной. У нас «красивые» истории были не такими яркими, хотя тоже есть о чем вспомнить.


Фото: Максим Крылов («Стольник», июнь 2010 г.)

Наталья Окшина, главный врач «Косметологической клиники»:
«2000-е годы стали эпохой, когда мир красоты находился на перепутье. В то время, когда нелегальные салоны и косметологи с сомнительными дипломами заполнили рынок, лишь несколько клиник выделялись своей профессиональной командой и качественными брендами. Пациенты редко задумывались о происхождении препаратов или проверяли наличие медицинских лицензий, а косметологи, к сожалению, часто забывали о том, что красота – это не просто набор процедур, а индивидуальный подход к каждому человеку. В те времена в моде были яркие, с большим объемом губы и четкие скулы, как у знаменитостей, и многие стремились к идеалам, не задумываясь о своей уникальности. Мезотерапия с использованием пистолета стала одной из самых популярных процедур, а ботокс применялся так, что о естественности речи не шло. Брови, словно застывшие в одном положении, и гипертрофированные губы, отсылающие к медийным иконам, стали символами той эпохи. Сегодня мы понимаем, что красота – это не только внешность, но и индивидуальность, и мы стремимся к тому, чтобы каждая процедура подчеркивала естественную красоту наших пациентов, а не следовала за модными трендами».



Мужчины хотели выглядеть как Шварце­неггер, девушки стремились к худобе до прозрачности, чтобы все косточки выпирали, – с такими запросами приходили в фитнес-клубы нулевых. О том, как росла индустрия, не понаслышке знает Наталья Проскурякова, основатель сети фитнес-клубов Fitberri, двукратная чемпионка мира по бодибилдингу, которая пришла в тренажерный зал как спортсменка в 1993 году, а как тренер – в 1997-м.


Фото: Темирлан Карин («Стольник», май 2013 г.)

Наталья Проскурякова, основатель сети фитнес-клубов Fitberri:
«В «жирные» 2000-е иметь клубную карту было престижно. Она становилась больше атрибутом успеха, высокого статуса, богатства, чем признаком любви к спорту и здоровому образу жизни. Этим куском пластика можно было просто обладать – ходить в зал необязательно. На карты копили, о них мечтали: фитнес был доступен далеко не всем. Помимо тех, кто стремился обрести подтянутое, накачанное тело, в фитнес-клубах приятно проводили время любители красивых девушек и охотницы на богатых мужчин. Здесь ты точно познакомишься 
с кем-нибудь – так думали все. А потому никого не удивлял тот факт, что зачастую женщины, перед тем как начать ходить в зал, худели и покупали роскошную сексуальную одежду. Был ли спорт модным? Для меня он являлся таковым всегда – я до сих пор иду с ним вместе. Но точно знаю, что в 90-х для многих спорт стал спасением. Как известно, к нулевым наша страна пришла не в лучшем состоянии. Алкоголь, наркотики, бандитские разборки – все это приметы эпохи экономического упадка. Спорт и ЗОЖ помогли многим, особенно мужчинам, сохранить здоровье, и физическое, и ментальное, а иногда даже жизнь. И в богатых нулевых люди уже понимали, что такое культура фитнеса и для чего она нужна. Но до спортивного бума нашего времени 2000-м, конечно, далеко».



В нише дизайна интерьеров идея «роскошной роскоши», вдохновлявшая 2000-е, развернулась на полную. У богатых людей стали появляться большие дома и квартиры, а специалистов, способных их обустроить, попросту не было. «Золотой лихорадкой» заболели архитекторы, перевоплотившиеся в дизайнеров. Одним из первых в Тюмени была Нина Загребина.


Фото: Владимир Чебалдин («Стольник», октябрь 2007 г.)

Нина Загребина, архитектор, дизайнер интерьеров, художник:
«Знаний у нас не было – и вот в этот вакуум потоком хлынула информация с Запада, где дизайном занимались не первую сотню лет. Клиенты хотели всего и сразу, и начались эксперименты, образчики которых сегодня вызывают иронию. В отрасль пришли большие деньги, а с ними и все сопутствующее, о чем вспоминать уже не хочется! Было много безрассудных решений, основанных на желании показать свое богатство. Классика, зачастую только в виде идеи, казалась лучшим вариантом, где можно добиться наибольшей роскоши. И появились интерьеры, где все отделано золотом, шелками и бархатом. Индустрия ответила, и на рынок обрушились товары, доселе невиданные: мебель, шторы, обои, ковры, лепнина… Компании, находящиеся в авангарде, быстро богатели, десятками открывались магазины, а строителей и дизайнеров возвели в ранг небожителей. Стоит ли говорить о том, кто были эти нувориши?.. Сколько огромных домов построили, которые сегодня видятся как мемориалы непомерным амбициям! В них никто не живет, а ведь полы в этих домах выложены каррарским мрамором. Вслед за тем периодом пришел не менее абсурдный – испытание гламуром. В то время миром правили деньги и вещи. Дизайнеры уже привыкли к своему привилегированному положению, стали наглеть, расценки – расти, и появилась некая субкультура, куда кто ни попадя нос не сунет. Но любому фарсу приходит конец – стали появляться хорошо обученные специалисты, которые вынесли профессию в русло стандарта».